Купить цифровую книгу Ежевичное вино

Иногда это происходит случайно. После долгих лет ожидания - правильного порядка планет, судьбоносной встречи, внезапного порыва вдохновения - нужные обстоятельства возникают сами собой, украдкой, без фанфар и предупреждения. Джей полагает это судьбой. Джо называл это волшебством. Но иногда это лишь томление, нечто в…

Если уехать достаточно далеко, никаких правил не останется.

Будешь часто совать руку в осиное гнездо, - произнес голос Джо, - и тебя укусят. Даже волшебство тут не поможет. Даже волшебство не идет против природы. Иногда волшебству надо подсобить, сынок. Дать ему что-нибудь полезное. Шанс сработать. Надо создать волшебству подходящие условия.

Специализация убивает разнообразие.

Джей чувствовал себя в безопасности, защищенным, точно спрятался в кусочке вечности, который никогда не исчезнет, не потеряется.

Магия, как вино, хороша лишь в определенных условиях.

Сложное чувство - ярость на себя и свои идиотские надежды.

Специализация убивает разнообразие. К тому же людям разнообразие не нужно. Они хотят, чтобы все было одинаковое.

- Старые писатели не умирают, - пробормотал Джей. - Они просто доходят до ручки.

Любовь этих двоих заливала воздух между ними золотистым светом. Они общались в полной, совершенной тишине.

Керри была фотогеничной, раскупаемой и мейнстримной.

Вино говорит. Это общеизвестно. Оглядитесь. Спросите уличного оракула, незванноного гостя на свадебном пиру, юродивого. Оно говорит. Оно чревовещает. У него миллион голосов. Оно развязывает язык, выбалтывая тайны, которые вы не собирались выдавать, тайны, которых вы знать не знали. Оно кричит, разглагольствует, шепчет.…

Он почти ничего не помнил — вся его жизнь давно превратилась в расплывчатое пятно дней, которые ничем не отличались друг от друга, как сериал мыльной оперы, которую смотришь по привычке, хотя никто из персонажей не интересен

Возможно, она ошибалась, думала Керри. Он не хотел взрослеть. Он не хотел, чтобы его спасали.

Если волшебство и существует, оно где-то не здесь.

Всегда есть те, кто остается. И те, кто возвращается.

Ты всегда был упрямым попрошайкой. Вечно объяснений требовал. Вечно тебе мало было - принять все как есть. Все хотел выведать, как это получается.

Позже он говорил себе, что это обычная случайность, что у него на уме ничего такого не было, хотелось только ехать куда глаза глядят, но еще позже подумал, что его вполне могло затащить туда некое безумное предопределение, своего рода зов. Его он тоже почувствовал, безмолвный глас необычайной чистоты и гармонии, и через…

\"Мне нравится думать, что их история закончится счастливо. Но это за пределами моих познаний. Я повинуюсь иной химии.\"