Купити цифрову книгу Черно-белая палитра

Я, конечно, люблю зеленый — цвет весны, пышных лугов, молодых листьев и все такое… Но зеленые котлеты все же не вдохновляют.

- Глупая ты баба, Тиана! - Знаешь, на что-на что, а на интеллект не жалуюсь, - огрызнулась я. - А я и не спорю, - удивила меня Эльза. - Ты очень умный страж. А баба глупая.

Обезболивание - не моя специализация , но я постараюсь сделать все , что в моих силах , и, может быть, даже немного больше.

— Может, еще что-нибудь расскажешь? — жалобно спросила я. — Что например? — не поняла Эльза. — Все, что угодно, — я подняла на нее заискивающий взгляд. — Сплетни, слухи. Анекдот какой-нибудь свежий. Можно неприличный. Можно два раза.

Приглашение к королю — это как приговор. Нравится-не нравится, а обжалованию не подлежит.

О бывших либо хорошо, либо ничего.

Кто бы что ни думал на этот счет, самая интимная часть нашего тела — это мозг, а вовсе не те пикантные зоны, о которых принято думать в таком контексте. Внедрение в наши мысли, наши чувства, наши желания и необходимость в факте такого внедрения признаваться — что может быть более интимно?

И потом, учитывая его темперамент, в постели он наверняка ведет себя, как бревно. Еще и замечания будет делать. \"Сержант Рейс, вы принимаете эту позу в восьмидесяти процентах случаев, а надо в девяносто двух!\" - произнесла я, стараясь скопировать интонации капитана.

— Скажи, Райан, ты же не считаешь себя великим грешником? — Нет, — усмехнулся брюнет, — не считаю. — А ты, Дик? — продолжала расспрашивать я. Дик думал подольше. — Нет, — решил он наконец. — Я, конечно, не ангелок с белыми крылышками, но и до великого грешника мне далеко. — В таком случае объясните мне, пожалуйста, —…

К хорошему привыкаешь быстро, а вот отвыкать потом можно годами.

Лекарь особенно выделил последние слова. Уилфорт уставился на него так, словно и сам был не прочь поставить целителю диагноз.

— Человек, не способный содержать в порядке собственное рабочее место, не способен и хорошо выполнять свою работу...

Дик, зажмурившись, плеснул в чашку с коньяком молока. Я с ужасом покосилась на получившийся напиток. Оставалось надеяться на одно: что Уилфорт умрет сразу и не успеет нас всех уволить.

И, уж конечно, скрывать собственное разочарование начальство не должно: ему по статусу не положено. Знать бы еще, чем именно он так сильно разочарован.

Неужели надумал воспользоваться служебным положением? Не могу сказать, чтобы я прямо уж боялась. В случае чего постоять за себя я способна. Но ведь это все-таки начальство, с ним надо обходиться бережно! А то пойди потом объясни, что как начальника отдела и старшего по званию я его глубоко уважаю, а между глаз заехала…

Змееныш. — Здороваться с нами будешь или как? — А оно тебе сильно надо? — изобразила удивление я. — Ну если ты без этого никак, тогда здравствуй конечно!

Однако же по всему выходило, что чувства свои я уже не контролировала. И главное – пропустила ключевой момент, когда потеряла этот самый контроль.

- Суть в том, перешла с личного на общее я, - что важно не то, с чем человек начинает. Есть у него капитал или нет. Важна его собственная целеустремленность. Если он намерен пробиться, то он пробьется. И достойно существовать сумеет. - Но вряд ли получит состояние, сопоставимое в дворянским, - заметил Ирталин. - Я имею в…

- Значит, вы утверждаете, что всякий раз, когда начинаете пить ваше любимое красное ломбергское вино, из бутылки появляется джинн?