Купить аудиокнигу Объявлено убийство

— Я ничего не считаю, моя милая, ей-богу, ничего. Просто я думаю, что здесь пахнет деньгами. Огромными деньгами. И боюсь, мне слишком хорошо известно, на какие ужасные преступления идут люди, лишь бы заполучить крупный куш. — Да, пожалуй, вы правы, — сказала Банч. — Но ведь это не принесет им счастья, не так ли? В…

А когда раздались выстрелы, я зажмурилась еще крепче. И молилась, да-да, молилась, чтоб убивали как можно тише.

Когда уходит последний, кто помнил тебя в молодости, ты остаешься одинок. У меня тоже есть и племянники, и близкие друзья, но никто из них не помнит меня молодой. А тех, кто помнил, уже нет в живых. Я давно одинока.

Он...я говорю - \"он\", поскольку так проще, но в принципе это преступление могла бы совершить и женщина, хотя, конечно, мужчина больше подходит, потому что все мужики - свиньи...

Дора обладала массой достоинств: нежностью, привязчивостью, верностью. Но жизнь жестоко обошлась с ней: Доре пришлось самой зарабатывать себе на хлеб.

Как же люди похожи на граммофонные пластинки!

И бремя печалей на сердце легло.

Люди, затаившие злобу на жизнь, всегда очень опасны.

Конечно, они люди. И часто их бывает даже жаль. Но они очень опасны. Особенно убийцы со слабым характером и мягким сердцем, такие как Шарлотта Блеклок. Ведь стоит слабому человеку испытать сильный страх, как он просто теряет от ужаса голову и уже не ведает, что творит.

Люди, затаившие злобу на жизнь, всегда опасны. Они считают, что жизнь им чем-то обязана.

«Те её последние слова на кухне: «Я не хотела никого убивать», - правда. Она просто хотела заполучить кучу денег, которые ей не принадлежали. И перед этим желанием (ставшим навязчивой идеей, будто деньги должны были возместить ей все прошлые страдания) всё остальное не существовало. Люди, затаившие злобу на жизнь, всегда…

«У меня было всё, ради чего стоит жить. Это можно отнять, но оно у меня всё-таки было».

— Лучше не продолжайте, — сказал Креддок. — Все подобные махинации противозаконны. — Значит, надо отменить такие глупые законы, — сказала Банч, опять зажав в зубах несколько булавок. — Конечно, сама я так не поступаю, потому что Джулиану это не нравится. Но я знаю, что творится вокруг.

– Нет, честное слово, я бы никого не смогла убить. Даже дряхлого старика, или неизлечимо больного, или самого страшного злодея в мире. Даже какого-нибудь шантажиста или… самого последнего подонка. – Банч осторожно выудила из кофейной гущи муху и положила ее на столик обсыхать. – Ведь люди любят жизнь, правда? И мухи тоже.…