Купить аудиокнигу Глоток свободы

Туалетное чтиво. Наша постыдная слабость к гламуру...

Что, по правде сказать, чистое вранье. Несколько часов я все же покемарила. А говорю так нарочно- чтобы позлить мою невестку. И мне это удается. Знаете что мне нравится в ней больше всего? То, что мне всегда это удается.

Меня всегда коробит, когда я вижу эти дезинфицирующие салфеточки. Ну нельзя смотреть на другого человека как на мешок микробов. Пожимать ему руку, приглядываясь: а чистые ли у него ногти? Всегда быть начеку. Всегда прикрывать рот шарфиком. Всегда во всем остерегать своих детей. Не трогай, это грязное! Вытащи оттуда руки!…

Я выпила кофе без сахара и без удовольствия.

— Ладно, — решительно объявила Лола, — я пока подержу письмо у себя в сумке, и первый из вас, кто нападет на его след, сообщит мне координаты. В сумке... Все наши поцелуи, все сердца... как же им будет душно и неуютно взаперти, в соседстве с ключами и чековыми книжками.

Я часто думаю: хорошо бы взять ее к себе домой на несколько дней, на стажировку, чтобы научить жить по-людски.

Просто грязь не надо трогать, она и не будет воду мутить».

И нужно помнить еще одно: во всем этом — в нашем внешнем безразличии, в нашей сдержанности, а также в слабости - есть доля вины наших родителей. Доля вины — и доля заслуги. Потому что это они приобщили нас к музыке и книгам. Это они рассказывали нам о других вещах и заставляли смотреть на мир по-другому. С большей высоты,…

Меня всегда коробит, когда я вижу эти дезинфицирующие салфеточки. Ну нельзя смотреть на другого человека как на мешок микробов. Пожимать ему руку, приглядываясь: а чистые ли у него ногти?

Карина всегда дезинфицирует руки, покидая места общественного пользования. Ибо гигиена есть гигиена. Ибо наша Карина буквально видит микробов. Она видит их коротенькие мохнатые лапки и их ужасные зубастые челюсти.

So viel Bedeutung gestehen wir uns nicht zu. (Так много вещей, в которых мы сами себе не признаёмся.)

Wo hört die gute Erziehung auf, und wo beginnt die Feigheit?

Она не способна спать с мужчиной без любви - я не могу спать с мужчиной без презерватива.

Чего там только нет - у нас внутри! Наши головы забиты множеством вещей, не имеющих ничего общего с их расисткими бреднями. Там есть музыка и писатели. Дороги, пороги, берлоги. Шлейфы падающих звёзд на квитанциях от карточки Visa, выдранные страницы и заполненные воспоминаниями счастливыми и ужасными. Песни и припевки,…

\"Дети не должны расти в доме, где люди не любят друг друга!\"

Потом мы на какое-то время потеряли друг дружку из виду. [...] Родственная привязанность осталась, а вот непринужденность куда-то исчезла.

Она утверждает, что мир принадлежит тем, кто рано встает, – я умоляю ее говорить потише и дать мне выспаться.

Ибо время неизбежно разводит любящих, и ничто не вечно под луной.

В тот день, когда тебе понравится писать на травку, ты станешь гораздо счастливее!

Они сдохнут сами, без нашей помощи, пока мы будем сидеть в кино.

В общем,наша Карина Считает жизнь тяжелым и рискованным занятием.

Мы себя не любим.Мы слишком низко себя ценим.

.. в наших разговорах сплошные намеки, недомолвки, хиханьки и хаханьки. В общем, это нужно слышать, иначе и пересказывать бесполезно. Такое могут понять только родные сестры.

Главное – быть веселой и нести свой крест, скрывая усталость. А когда это становится не под силу, можно спасаться уединением, рисованием, прогулками, наконец, – все более и более долгими

Ибо время неизбежно разводит любящих, и ничто не вечно под луной.

– Что с тобой? Неужели загрустила? – Да нет, – ответила я, стараясь не растечься в лужу, – я очень... очень счастлива.

Я часто думаю: хорошо бы взять ее к себе домой на несколько дней, на стажировку, чтобы научить жить по-людски.

Туалетное чтиво. Наша постыдная слабость к гламуру...