Купить цифровую книгу Террор

- Жизнь у человека одна, и она несчастна, убога, мерзка, жестока и коротка, -нараспев произнес он. - И похоже, всего короче она у тех, кто крадет еду у своих товарищей.

Что такое охота, если не стремление одной души найти другую душу и полностью подчинить своей власти через смерть?

В проклятых проволочных очках чувствуешь себя так, словно смотришь сквозь черные шелковые женские панталоны, только при этом тебе далеко не так весело.

– Вахтенные вечно слышат какие-то звуки в темноте, — сказал лейтенант Литтл. — Начиная с античных времен.

Изобретательность британского матроса - по-крайней мере, в части изготовления, тайного хранения или добывание спиртного - не знает границ.

«Чертов болван», — добавляет он мысленно, но достаточно громко, чтобы молодой лейтенант мог без труда расслышать непроизнесенные слова.

Я хотел быть на его стороне именно потому, что он такой страшный человек...

Как моряк с сорокалетним стажем, начинавший службу простым юнгой, Крозье знал, что изобретательность британского матроса - по-крайней мере, в части изготовления, тайного хранения или добывание спиртного - не знает границ.

Если действительно существует богиня вроде Седны, которая правит миром, её настоящее имя - Ирония Судьбы.

— Читающие люди очень впечатлительны и чувствительны, — добавил Фаулер. — Если бы бедняга не прочитал тот дурацкий рассказ в американском журнале, он не предложил бы соорудить разноцветный лабиринт для карнавала — идея, приведшая всех нас в восторг поначалу, — и ничего этого не случилось бы.

— Жизнь у человека одна, и она несчастна, убога, мерзка, жестока и коротка, — нараспев произнес он. — И похоже, всего короче она у тех, кто крадет еду у своих товарищей.

Блаженство смерти, теперь знает он, состоит в том, что там нет боли и нет сознания своего «я».

Каждый раз, когда я начинаю думать, что хорошо знаю одного из матросов или офицеров, я почти сразу обнаруживаю, что заблуждаюсь. Медицинская наука никогда не проникнет в сокровенные тайники души человеческой, даже через миллионы лет прогресса.

О, насколько проще любить мертвых, чем живых!

Терапевты прописывают лекарства; хирурги режут и пилят.