Купить цифровую книгу Бесцветный Цкуру Тадзаки и годы его странствий

Именно ревность, насколько он понял из этого сна, - самая безысходная тюрьма на свете. Ибо в эту тюрьму узник заключает себя сам. Никто не загоняет его туда. Он сам входит в свою камеру-одиночку, сам запирается, а ключ выкидывает через прутья решетки.

На самом-то деле никто на свете не знает, кто он на самом деле

В моей жизни появлялись разные люди, но не остался никто. Каждый будто искал там что- то для себя, но не находил ( или же находил, но разочаровывался и злился) - и в итоге исчезал. Все уходили. С пустыми руками. Без объяснений и даже не простившись как следует. Будто острым топором обрубали вены, в которых еще бежит кровь…

\"Конкретная цель упрощает жизнь...\"

Есть вещи, о которых надо говорить, только глядя человеку в глаза

И всё-таки очень страшно было увидеть, как то, что для тебя по-настоящему важно, обесцвечивается и исчезает. То, с чем ты вырос, пока время было живым.

Никакой ты не крутой и не хладнокровный. И уж точно не идешь никуда своей дорогой. А просто всю жизнь стараешься сохранять равновесие. Распределяешь собственный вес на опоры справа и слева так, чтобы ничто не перекашивалось, вот и все. Возможно, в чьих-то глазах это выглядит очень эффектно. Хотя, что говорить, задачка не…

Он вдруг понял: некоторые истины на свете можно постичь, лишь увидев, как меняется женский облик.

- А рассуждения приходят от страданий. И ни возраст, ни борода тут ни при чем.

Финляндия – не Токио или Нью-Йорк. Дороги почти пустые. Просто следуешь указателям и стараешься не врезаться в лосей – и всегда добираешься куда нужно.

Наша свобода всегда в наших руках.

– Как все запутанно... – А может, просто у меня такой запутанный английский? Ольга рассмеялась. – Объяснять что-либо в этой жизни вообще очень трудно. Не важно, на каком языке.

- У каждого человека, пока он жив, свой характер обязательно есть. Просто у одних он заметен сразу, а у других появляется со временем, вот и все.

«Прямота и искренность всегда приносят лучшие плоды».

«Сколько прекрасных возможностей утонуло в потоке Времени навсегда...»

Время обволакивало, как призрак, и растворялось в прошлом почти бесследно.