Купить аудиокнигу Поющие в терновнике

Все лучшее покупается лишь ценой великого страдания... По крайней мере так говорит легенда...

Самым лучшим женщинам приходится тяжелее всех.

Старость - самое жестокое мщение, которое на нас обрушивает мстительный бог. Почему он заодно не старит и наши души?

Что толку томиться по человеку, если он все равно твоим никогда не будет?

Тот, кому нечего терять, может всего добиться, того, кто не чувствителен к боли, ничто не ранит.

Любить свыше меры - кощунство.

Птица с шипом терновника в груди повинуется непреложному закону природы; она сама не ведает, что за сила заставляет ее кинуться на острие и у мереть с песней. В тот миг, когда шип пронзает ей сердце, она не думает о близкой смерти, она просто поёт, поёт до тех пор, пока не иссякнет голос и не оборвётся дыхание. Но мы,…

Никому и никогда не испытать чужую боль, каждому суждена своя.

Если б я хоть раз вам поддался, вы бы вышвырнули меня, как старую тряпку. Вы и впредь со мной не раззнакомитесь, потому что со мной вы как на иголках.

— Почему вы ее так не любите? — спросил он. — Потому что ее любите вы, — был ответ.

\"Каждый свой день он начинал с того, что приказывал себе не умирать — и кончал торжествующим смехом оттого, что все еще жив.\" (с) \"как всегда блекнут воспоминания, даже самые дорогие сердцу; словно помимо нашего сознания душа исцеляется и заживают раны, как бы ни была велика наша отчаянная решимость ничего не забыть\" (с)…

Старость – самое жестокое мщение, которое на нас обрушивает мстительный Бог. Почему он заодно не старит и наши души?

Никто не ценит того, чего слишком много.

\"...Все чада Господни пользуются правой рукой; левши же - дьяволово семя, тем более если они ещё и рыжие...\" \"...Никто не ценит того, чего слишком много. У нас тут в избытке овцы, а в городе - люди...\"

Одно удовольствие - читать письма, тяжелая работа - писать.

Только попробуй полюбить человека — и он тебя убивает. Только почувствуй, что без кого-то жить не можешь, — и он тебя убивает.

Всякому терпению приходит конец.

Тот, кому нечего терять, может всего добиться, того, кто не чувствителен к боли ничто не ранит.

И понемногу воспоминание о нём блекло, как всегда блекнут воспоминания, даже самые дорогие сердцу; словно помимо нашего сознания душа исцеляется и заживают раны, как бы ни была велика наша отчаянная решимость ничего не забыть.

Все лучшее покупается лишь ценою великого страдания.

Мы можем отдавать только то, что в нас есть, не больше, правда?

Понять, в чём ошибка, ещё не значит её исправить.

— Все на свете имеет право родиться, даже мысль. — Ты знаешь, о чем я, правда? — Наверно, знаю. — Не все, что рождается на свет, хорошо, Мэгги. — Да. Но уж если оно родилось, значит, так было суждено.

Как прекрасна эта земля, такая чистая, такая равнодушная к судьбам тех, кто воображает, будто правит ею. Пусть они и приложили к ней руки, но в конечном счёте она сама ими правит. Пока они не научились повелевать погодой и по своей воле вызывать дождь, побеждает земля.

\"Идеал - тот, чьи дела идеальны.\"

Все на свете имеет право родится, даже мысль.

Может быть, старческое слабоумие даётся как милость тем, кто не в силах посмотреть в лицо своему прошлому.