Купить аудиокнигу Полубрат

Наши поступки лишь призрачное подобие всех тех дел, что мы могли бы совершить.

Мы ничего не видим и не слышим, полжизни мы спим мертвецким сном, а оставшееся время убиваем на застилание кроватей.

«Ждать - это искусство, овладевают им медленно, а учитель один - всё то же время»

Ненавижу я телефоны. Глаз собеседника не видишь и вечно брякнешь из-за этого какую-нибудь глупость. Потому что разговаривают не словами, а глазами.

Он не хотел меня обидеть. Я знаю. Но вот что я вам скажу. Тем, кто не хочет меня задеть, это удаётся лучше всех.

Место становится местом, когда человек оставит в нем след. Человек не человек, покуда у него нет своего места.

И я подумал, подливая себе спиртного и заливая зенки: бесследно мы не уходим. Вспененный форватер тянется за нами и никогда не разглаживается полностью, это прореха на времени, которую мы сперва старательно протираем, а потом оставляем в память о себе.

Сволочи тоже хорошо пишут.

Забодай вас всех лягушка!

О, разве упомнишь все благие намерения, обернувшиеся несчастьями, все поступки, приведшие к прямо противоположному результату: утешение, отозвавшееся болью, награду тяжелее, чем наказание, молитву, прозвучавшую, как проклятье?

Видимо, воспоминания - как марки, они не соответствуют первоначальной стоимости, а медленно, но верно растут в цене в твоей личной коллекции, которую ты страхуешь дороже, чем своих детей. Ты не можешь держать в собрании все, всю жизнь, ты должен выбирать, что-то приходится выкидывать, что-то отдавать на обмен.

— Друзья не дразнят друг друга, верно? Для этого дела всегда найдутся враги.

Вдруг в гостиной вырастает Вера. Они разом поворачиваются к ней и едва не вскрикивают от испуга и радости тоже, они думают: вот сейчас она заговорит, они надеются, Вера пришла в себя, вместо этого она берет свой фотоаппарат и щелкает их, как они стоят на узеньком балконе перед игрушечным норвежским флагом, Болетта в…

За все удовольствия человек расплачивается страхом, смех есть голос темноты.