Купить аудиокнигу Кондуит и Швамбрания

Семья у нас была почти безбожная. Папа говорил, что Бог вряд ли есть, а мама говорила, что Бог - это природа, но может наказать.

Я сидел на лавке подсудимых, красивый и стройный.

– Конь… Как же еще? У лошадев не бывает фамилиев.

Оська был храбр и стоек. В доказательство этого он каждую минуту говорил, что ему совсем не страшно, а, наоборот, даже уютно. Когда ему в шестой раз стало уютно, он провалился…

Отец и мать работали с утра до вечера, а мы росли, положа руку на сердце, блистательными бездельниками.

В Швамбрании мы обитали на главной улице города Драндзонска, в бриллиантовом доме, на 1001-м этаже. В России мы жили в слободе Покровской (потом город Покровск), на Волге, против Саратова, на Базарной площади, в первом этаже. В открытые окна рвалась визгливая булга торговок. Пряная ветошь базара громоздилась на площади.…

Дома меня ждал с нетерпением Оська. Он жаждал услышать описание боя. - Очень стреляли? - спросил Оська. - Ты знаешь, - сказал я, - война - это, оказывается, ни капельки не красиво.

Вечером 11 октября 1492 года Христофор Колумб, на 68-й день своего плавания, заметил вдали какой-то движущийся свет. Колумб пошел на огонек и открыл Америку. Вечером 8 февраля 1914 года мы с братом отбывали наказание в углу. На 12-й минуте братишку, как младшего, помиловали, но он отказался покинуть меня, пока мой срок не…

– Царица! Дай шпильку! – кричал затем император.

Старшеклассники (о, эти господствующие классы!) дрались с нами, первоклассниками. Возьмут, бывало, маленьких за ноги и лупят друг друга нашими головами. Меня били редко: боялись убить.

Мама у нас служит модератором (глушителем) в слишком бравурных папиных разговорах. Папа начинает звучать тише.

Много веселых слов знает отец. — Жри да рожу пачкай, — говорит он нам за обедом.

- Хороший кулак в наше время лучше неважной головы, - философствовал Иосиф.

Хорошо еще, что мы не были знакомы в то время с Маяковским, иначе погибли бы Оськины штанишки, ибо, разумеется, он проверил бы покатость земли собственным сиденьем…

Он ведь тоже выдумал самого себя. Но выдумал гадко и играл в себя на деньги...

В те дни он, как теперь говорят, обыгрывал… отломанное сиденье с унитаза. Сначала он сунул в отверстие сиденья самоварную трубу, и получился пулемет «максим» со щитком. Потом сиденье, как хомут было надето через голову деревянной лошади.