Купить аудиокнигу Роковые яйца

Персиков оставшиеся 20 экземпляров квакш попробовал перевести на питание тараканами, но и тараканы куда-то провалились, показав свое злостное отношение к военному коммунизму.

Ваш луч такой знаменитый, что хоть слонов может вырастить, а не только циплят.

— В мое время, — заговорил выпускающий, хихикая жирно, — когда я работал у Вани Сытина в «Русском слове», допивались до слонов. Это верно. А теперь, стало быть, до страусов.

известно, лягушка жены не заменит

Лягушка тяжко шевельнула головой, и в её потухающих глазах были явственны слова: «Сволочи вы, вот что...»

По мнению А. А. Климентова, действующие лица повести ведут себя соответствуя фразе О. фон Бисмарка «Революцию подготавливают гении, осуществляют фанатики, а плодами ее пользуются проходимцы». Гений здесь — это Персиков, создавший революционную в биологии идею, фанатик — Иванов, построивший камеры, которые воплощали идеи…

\"…Ни туз, ни дама, ни валет, Побьём мы гадов, без сомненья, Четыре сбоку - ваших нет…\"

Скорбная попадья, приложившаяся к кресту, густо смочила канареечный рваный рубль слезами и вручила его отцу Сергию, на что тот, вздыая, заметил что-то насчет того, что вот, мол, господь прогневался на нас. Вид при этом у отца Сергия был такой, что он прекрасно знает, почему именно прогневался господь, но только не скажет.

Сенсационные известия передаются сами собой по воздуху.

Чрезвычайная комиссия по борьбе с куриной чумой переименовалась в чрезвычайную комиссию по поднятию и возрождению куроводства в республике, пополнилась новой чрезвычайной тройкой, в составе шестнадцати товарищей.

- Мур-мур-мур, - ответил Персиков.

По распоряжению Моссовета – омлета нет. Получены свежие устрицы».

– Боже мой… боже мой, – повторил Персиков и, зеленея лицом, стал садиться на винтящийся табурет. Панкрат совершенно одурел у двери, побледнел и онемел. Иванов вскочил, схватил лист и, подчеркивая острым ногтем строчку, закричал в уши профессору: – Ну теперь они будут иметь веселую историю!..

– Ты знаешь, что-то действительно случилось. Я теперь вижу. Катастрофа, – молвил Полайтис.

Поступайте в кондуктора! Вы не можете заниматься зоологией.

‒ Вы, ‒ продолжал Иванов, ‒ вы приобретете такое имя... У меня кружится голова. Вы понимаете, ‒ продолжал он страстно, ‒ Владимир Ипатьевич, герои Уэльса по сравнению с вами просто вздор... А я-то думал, что это сказки... Вы помните его «Пищу богов»? ‒ Ах, этот роман, ‒ ответил Персиков. ‒ Ну да, Господи, известный же!..…

Лягушка тяжело шнвельнула головой, и в ее потухших глазах были явственны слова: \"сволочи вы, вот что...\"

... солнце сидело низко огненною рожею между рожами молодых подсолнухов,..