Купить цифровую книгу Присягнувшие Тьме

Настоящее безразличие - это тяжкий труд.

– Но… – Не надо злоупотреблять моей любезностью, ты ведь знаешь правило: одно чудо в день.

— Когда изображение в зеркале совершенно, пора разбить зеркало.

Я вспомнил об одной фразе, сказанной моим наставником в Риме: «Истинный секрет веры не в том, чтобы простить, а в том, чтобы просить прощения у мира, такого, какой он есть, за то, что мы не смогли его изменить».

Моя жизнь – один миг, час преходящий, Моя жизнь – день единый, Что от меня ускользает.

Первые сражения даются во имя Родины или свободы. Последние- для истории.

– Ты веришь в дьявола? – Нет, – без колебаний ответил он. – Я верю в Господа всемогущего. Творца, который ни с кем не делит свою власть. Дьявола нет. Есть только свобода, дарованная нам Всевышним, которую мы обращаем себе во зло.

Есть одна истина: чем ближе к югу, тем легче нарушаются обещания и тем реже держат слово: можно подумать, что две эти ценности тают на солнце.

И последнее, что нас объединяло: мы оба были одиноки в этом мире.

Эрик Свендсен обожал изъясняться афоризмами, и за это я его ненавидел. Во всяком случае, сегодня. По моему, судмедэксперт должен просто излагать факты – точно, строго по делу, и баста. Но швед не умел сдерживаться: он не говорил, а вещал, оттачивая каждую фразу…

Я закрыл дверь и вскрыл новую пачку сигарет. «Курение может нанести вред сперматозоидам и уменьшить детородную способность». Такие предупреждения действовали мне на нервы. В памяти возникли слова, сказанные Антоненом Арто по поводу наркотиков: «Способы саморазрушения не имеют значения: общества это не касается».

Любовь, дорогой мой, это когда рискуешь своей шкурой ради другого.

Так я понимаю дружбу: никаких обязательств, кроме одного – всегда отвечать «здесь», когда возникнет нужда.

Есть дороги, которые нужно пройти в одиночку.

Лестница под открытым небом. Когда я пришел в эту квартиру впервые, то сразу понял, что я ее куплю именно из за этой лестницы. Крытые дощечками ступеньки нависали над двором XVIII века и вели вверх по спирали вместе с железными перилами, увитыми плющом. Меня сразу же охватило чувство уюта и чистоты. Я представил себе, как…

И все же, несмотря на толпу, несмотря на то, что уединиться здесь было немыслимо, я всегда испытывал волнение, переступая порог Нотр Дам.

Свернул направо, к другому месту, игравшему в моей судьбе такую же важную роль. Я пошел в собор Нотр-Дам.

Лучший способ сохранить секрет - это не иметь секретов.

Судебная медицина иной раз становится прибежищем для тех, кто боится лечить живых.

У него были густые седые волосы, которые его совсем не старили, а наоборот, свидетельствовали о жизненной силе и добавляли ему привлекательности.