Купити аудіокнигу Ученик

О человеке можно многое узнать, если послушать музыку, которую он любит.

– Знаете, иногда интуиция – лучший подсказчик. – Иногда. Но чувства далеко не факты. И нет ничего особенного в интуиции полицейского. В конце концов, что такое наши ощущения? Как часто они подводили нас? – Риццоли повернула ключ в замке зажигания. – К сожалению, слишком часто.

Многое можно сказать о человеке, если послушать его музыку.

- Причиной смерти признано удушение. - Что является самым интимным способом убийства. - Интимным? - Вы только вдумайтесь, что значит задушить кого-то собственными руками, настолько близкий этот контакт. Кожа соприкасается с кожей - ваши руки и её тело. Руки сжимают горло, и вы чувствуете, как жизнь постепенно угасает.

Она опять осталась одна со своими страхами, в квартире с запертыми дверями и окнами, и только пистолет составлял ей компанию. Может, ты и есть мой лучший друг, подумала она и, взяв пистолет, понесла его в спальню.

Тишину нарушало лишь жужжание жадных мух. Разве что светлые волосы напоминали о той женщине с фотографий, некогда заставлявшей мужчин оборачиваться ей вслед. Безобразный труп лишний раз напоминал о том, что и красавица, и бездомный бродяга в одинаковой степени беззащитны перед бактериями и насекомыми, с тупым равнодушием…

Мужчины слишком хорошо умели угадывать болевые точки и тут же устремляли в них едкие стрелы своих колкостей и шуточек.

История наполнена эхом женских криков. Страницы учебников скупо освещают именно те эпизоды, которые особенно интересны. Вместо этого нас пичкают сухими описаниями военной стратегии и полевых сражений, рассказами о коварных генералах и армейских подвигах. Мы видим иллюстрации, на которых мужчины в военных доспехах, с…

Так много в жизни волнующих моментов, предугадать которые мы не в силах, а потому нужно учиться смаковать их, ценить, ведь они вносят разнообразие в наше монотонное существование, А мои дни тянутся особенно медленно — здесь, в этом мире за высокими стенами, где люди пронумерованы и различаются не по именам, не по Богом…

Ты считаешь себя сильной, невозмутимой, тебе кажется, что ты можешь жить с этим. Ты даже научилась играть свою роль. Но эти лица, они остаются с тобой. Глаза мертвых... от них не спрятаться.

Щасливі люди самодостатні, вони дихають іншим повітрям і підкоряються іншим законам тяжіння.

Я могла бы покончить с ним, но позволила ему остаться в живых. И я до сих пор не знаю, правильно ли я поступила.

Найкраще, що мені лишається - ступати крок за кроком і рухатися далі. Лише так можна це подолати - якщо рухатися. Це все на що ми здатні.

Странность - это еще не преступление. В какой то мере все мы со странностями.

– Люди думают, что кровь – это просто красная жидкость, циркулирующая в наших венах. Как моторное масло. Но на самом деле это сложное вещество, и ее формула для каждого человека индивидуальна. Кровь уникальна. Так же как уникально каждое убийство. И нет такого, которое можно было бы описать как типичное.

Подумайте, какие чувства вы сейчас испытываете. Вы ведь с радостью ударили бы меня, не так ли? Так что вас останавливает? Что сдерживает? Мораль? Хорошие манеры? Или просто холодная логика, которая подсказывает, какие могут быть последствия? Боязнь того, что вас арестуют? Все эти перечисленные факторы удерживают вас от…

Странность — это еще не преступление.

Если слышится топот копыт, первая мысль, которая приходит в голову, — что это бегут лошади, а не зебры. Врач, который увидит мой анализ крови, разумеется, подумает о лошадях, а не о зебрах. И придет к абсолютно логическому заключению. Ему и в голову не придет, что на этот раз действительно пронеслись зебры.

...fear and loathing are more powerful emotions than love could ever be.

And there\'s nothing more intimate than murder? Is there?

- Знаєш що? - поглянула на нього Ріццолі. — Мене може на вулиці збити автобус. Або я можу склеїти ласти за столом від інсульту. Однак я про такі речі не думаю. Не дозволяю таким думкам брати гору. Я вже була майже підкорилася. Кошмари мало не розчавили мене. А тепер у мене відкрилось друге дихання. А може, я вже так…