Купити цифрову книгу Большая и грязная любовь

В жизни каждой женщины есть моменты, которых она искренне стыдится.

Кажется, планировала легкий целомудренный поцелуй – в конце концов, завтра на работу и прогуливать нельзя, потому что дел по горло. Но когда руки Глеба скользнули по спине и сжали то место, которое уже не талия, но тоже красиво… Черт, ну разве можно устоять перед таким искушением?

Какие, на фиг, интриги? Какие расследования? Жар его тела, горячность поцелуев, скольжение пальцев и тихое, проникновенное «Кри-ис…» – вот что важно. Остальное мелочи и суета. А его плечи? А его глаза? Даже когда в них не алые всполохи, а самые настоящие молнии, начинаю таять. А когда он улыбается? Ведь в такие моменты…

Потому что она женщина… Женщине нельзя дать по морде, вызвать на дуэль тоже нельзя… ничего нельзя. Либо терпеть, либо убирать.

Дура я все-таки, временами непробиваемая.

– Глеб, а чем мы предохраняемся? – А что? Очень своевременный вопрос.Инкуб прикрыл глаза ладонью, выдохнул устало:– Божьим словом.– Чем-чем?!– Ничем, – милостиво пояснил генеральный директор ООО «С.К.Р.». И как для тупых добавил: – Мы не используем контрацептивы, Крис.

Нет, ясно, что о нашей связи всем известно, но разница между: «шеф спит со своей ассистенткой» и «шеф спал со своей ассистенткой сегодня, с девяти до двух» – колоссальная. Хуже только, если к последнему список поз добавится.

Если работа мешает чему-то – ну ее на фиг, эту работу? Черт. Неправильно это.

Это в двадцать кажется, будто весь мир у твоих ног – протяни руку и возьми. В тридцать иллюзий уже поменьше, особенно если у тебя нет никого, кроме мамы. В тридцать начинаешь понимать – принц не приедет, а мечты… ну что-то, вероятно, еще сбудется, но большая их часть уже на свалке, под колесами трактора.