Купить цифровую книгу Пять четвертинок апельсина

Если позабудешь прикрыть ставни, другие не позабудут влезть к тебе в окно.

Всякому преступлению своя жизнь, свое оправдание.

А летом мы, чтоб отваживать птиц, привязывали к ветвям вырезанные из блестящей бумаги фигурки, и они подрагивали и посверкивали на ветру; мастерили трещотки из пустых консервных банок, развешивали их на туго натянутой проволоке, чтоб издавали зловещие, пугавшие птиц звуки; сооружали из цветной бумаги ветряные мельницы,…

“Любая загадка кажется ясной как день, если знаешь отгадку.”

- Скрипка, mein Herr, она как хорошая женщина. По рукам не ходит.

- Да нет же! - сердито сказала я. - Я просто думаю. - Чтобы думать, надо голову иметь!

Октябрь, чудесный, мимолётный, полный спелых соков и золотисто-красных тонов, сменяющих зелень листвы, октябрь с его ранними хрусткими заморозками — это поистине волшебная пора, последняя возможность храбро противостоять наступающим холодам.

Моя кисло-сладкая вишневая наливка здесь особо ценится, но мне немного совестно, что я не помню, как эту вишню зовут. Секрет в том, чтоб оставлять косточки. Накладываешь слоями вишни и сахар в стеклянную банку с широким горлом, каждый слой слегка поливаешь чистым спиртом - лучше всего вишневкой, хотя можно и водкой, а то…

Терпение. Его терпение; ненавязчивое, но все-таки упорное, которого хватит на целую жизнь.

Сопротивляться, как и плыть против течения, изнурительно и бессмысленно.

Что ей сказать? - жестко спросила я себя. Сказать надо так много. И значит - ничего. Ничего я ей не скажу.

...любая женщина прекрасна в глазах любящего ее мужчины.

Белый крест. \"Незабвенной доченьке\". И тут мне подумалось, что не так уж и страшно умереть, чтобы стать незабвенной и чтоб гипсовый ангел у изголовья и тишина.