Купить цифровую книгу Простые волшебные вещи

«ты ведь вообще ни о ком не знаешь, каковы мы «на самом деле». В том числе и о себе.»

Знаешь же, что творится у нас в полиции: куча незаконченных дел и еще больше законченных идиотов, которые не дают мне закончить эти самые незаконченные дела...

Проблема в том, что у нас нет никаких гарантий, что с нами вообще хоть что-то происходит «на самом деле».

Счастливая возможность удивляться по пустякам так переполняет жизнь, что можно позволить себе не желать ничего иного.

\"черт\"... чего я так и не поняла до их пор: это какое-то заклятие или просто манера выражаться?

Люди – не то, чем они кажутся.

Себя надо любить и хвалить. Не поручать же такое ответственное дело чужим людям.

...Этот парень, которого я преследую, он же теперь может умереть в любую секунду… — И на здоровьице! — кровожадно сказал Кофа.

— Нет ничего хуже собственной смерти, поскольку с ее приходом рушится все. А прочие события могут разрушить только часть твоей личной вселенной, — назидательно сказал Лонли-Локли. Немного поразмыслив, он добавил: — Впрочем, иногда эта часть может оказаться непропорционально большой, и тогда вместе с нею рушится все…

-Что он имел в виду? -Думаю, что это был крайне неприличный намёк! - улыбнулся я. - Насчет того, что должен сделать настоящий мужчина, оставшись наедине с прекрасной дамой... -Потребовать еду?

никакого \"пути назад\" вообще не существует, ни для кого

«Кстати, а что вы смотрели прошлой ночью? Опять мультики? — Мультики, — с непередаваемой нежностью промурлыкал Джуффин.»

«По дороге я послал зов Мелифаро. «Мои планы на вечер могут прийтись тебе по вкусу!» «Неужели ты все-таки решился открыть „Имперский бордель“? — обрадовался он. — Правильно, давно пора!»

– Тебе и не нужно его заучивать. А пытаться произнести вслух тем более не нужно. Это же страшная тайна, Макс! В древние времена тебе пришлось бы собственноручно убить этого мудрого старика, чтобы тайна Истинного имени принадлежала тебе одному. Это только в последнее тысячелетие к подобным вещам начали относиться столь…

– Отлично, – кивнул я. – Договорились. Теперь все будет иначе. Я готов отвечать за свой народ перед небом. А ты теперь будешь отвечать за них только передо мной. Обещаю, что в отличие от неба, я время от времени буду внимать твоему голосу.

Мягкий оранжевый свет уличных фонарей, пронзительный ветер с Хурона, выпуклые разноцветные булыжники мостовой, зеленоватый диск ущербной луны на пронзительно-черном небе — все это были мои талисманы, надежно ограждающие меня от безумного одиночества. Тоже своего рода «простые волшебные вещи»…